Какой врач может выписать антидепрессанты

Кто выписывает антидепрессанты и куда обратиться за рецептом

Какой врач может выписать антидепрессанты

Существует мнение, что все антидепрессанты (АД) вызывают зависимость, поэтому их нельзя купить в аптеке в свободной продаже. Несомненно, есть мощные медикаменты, имеющие такой побочный эффект, но большинство таблеток из этой фармакологической группы не ухудшают здоровье человека.

От одних лекарств можно отказаться сразу после лечения, а от от других нужно отказываться постепенным снижением дозировки.

Однако эти медикаменты нельзя принимать бесконтрольно, поэтому для их приобретения требуется рецепт. Кто выписывает антидепрессанты — вопрос, который часто можно встретить в сети интернет на форумах и сайтах, посвященных медицине.

Депрессия является тяжелым заболеванием, заставляющим страдать не только больного, но и окружающих его близких людей. Это объясняет повышенный интерес к медикаментозному лечению заболевания.

Юридическое право

Лекарства от депрессии входят в перечень медикаментов, которые могут отпускаться только по рецептам врачей.

Юридическим правом выписать антидепрессанты фактически обладает каждый доктор, имеющий лицензию.

Но в данном случае речь идет о лекарствах, которые помогают устранить симптоматику депрессивных расстройств — подавленное настроение, апатию, снижение работоспособности и т. д, то есть о легких препаратах.

Такие психотропные препараты мощно воздействуют на центральную нервную систему, а некоторые из них являются по сути наркотическими средствами. Например, транквилизаторы для терапии тревожных расстройств вызывают привыкание, лекарственную зависимость и синдром отмены.

Сильные препараты для лечения депрессии могут назначать только психиатры. Терапия этими лекарствами должна проходить под наблюдением врача.

Некоторые АД можно применять лишь кратковременно, иначе возможно развитие зависимости со всеми вытекающими из этого последствиями.

При превышении дозировки могут развиться серьезные побочные эффекты, такие как потеря сознания, угнетение дыхания. Детям и подросткам эти таблетки назначают в исключительных случаях.

Психотерапевт и невролог тоже могут выписывать антидепрессанты пациентам, но в данном случае речь идет о более легких препаратах. Они назначают лечение Фенозепамом, Грандаксином, Циталопрамом, Сертралином. Психотерапевт имеет образование психолога с уклоном в психиатрию. В настоящее время эта профессия редко встречается в муниципальных поликлиниках.

Психолог имеет право назначить самые слабые АД, которые и так можно свободно купить в аптеках. Эти лекарства оказывают успокаивающее, либо наоборот, тонизирующее действие на организм.

Куда обратиться за рецептом

Для того чтобы купить рецептурные АД, необходимо записаться на прием к психиатру. Даже если больной проходит лечение у психолога или психотерапевта, психиатр выпишет антидепрессанты только после того, как сам обследует пациента.

При выдаче рецепта имя больного вносится в базу данных на случай, если его состояние усугубиться после приема медикаментов. Эта информация является конфиденциальной и не разглашается третьим лицам.

Таким образом, для получения антидепрессантов необходимо обратиться в медицинское учреждение. Простые АД может выписать даже врач общей практики. Сам рецепт доктор не дает, а лишь записывает названия лекарств, которые продаются в аптеке без рецепта. Рецептурные препараты, предназначенные для лечения тяжелых депрессивных расстройств, назначает исключительно психиатр.

Кто может выписать антидепрессанты: трудности медикаментозной терапии и разновидности препаратов

В народе об антидепрессантах ходят разные слухи. Люди считают, что от них можно сойти с ума, привыкнуть на всю жизнь, потерять здоровье. Действительно такие случаи имели место в советское время, когда применялись мощные АД и в довольно больших дозах.

Сегодня подобные лекарства находятся под строгим контролем и назначаются только в тяжелых случаях на короткое время. Большинство современных антидепрессантов не несут угрозы для здоровья.

Трудности медикаментозного лечения депрессии

В Америке более пятидесяти процентов населения регулярно принимают психотропные препараты от депрессии. В России ситуация другая — многие даже не знают кто может выписать антидепрессанты.

К сожалению, нашими согражданами депрессия воспринимается как слабоволие и лень, хотя это далеко не так. Люди думают, что больному достаточно взять себя в руки и все пройдет.

На самом деле депрессия — это тяжелое заболевание, которое требует медикаментозной терапии.

Многие препараты принимаются периодически при обострении болезней. Депрессия не является исключением. АД могут назначаться пациенту вновь и вновь при хроническом течении заболевания.

Так как такие медикаменты продаются только по рецепту, любому больному необходимо наблюдаться у врача. Задачей психиатра, в свою очередь, является грамотный подбор АД.

Иногда требуется перепробовать несколько лекарств, прежде чем определиться с оптимальным вариантом.

Некоторые клиники практикуют бесплатный подбор АД пациентам, которые находятся на учете у психиатра. Методом проб и ошибок выбирается наиболее эффективный препарат. Это очень помогает пациенту, так как лечение депрессии медикаментами является дорогостоящим. Лекарства последнего поколения стоят по пятьдесят, сто долларов за одну упаковку.

Другим неприятным моментом лечения депрессивных состояний в нашей стране является поход к психиатру.

В некоторых небольших городах больному требуется обратиться в местный психоневрологический диспансер, где врач ежедневно принимает десятки пациентов с больной психикой.

К человеку с депрессией необходимо чуткое отношение, а в данном случае доктор не всегда располагает временем для того чтобы оказать больному необходимую психологическую помощь.

Какие есть «запрещенные» и «разрешенные» (безрецептурные) АД

Все лекарственные препараты делятся на две группы:

  • лекарства свободной продажи;
  • рецептурные медикаменты.

АД не являются исключением из правил. Существуют безрецептурные препараты от депрессии и антидепрессанты, которые может выписать лишь врач. Список разрешенных и запрещенных медикаментов формируется на основании законодательства страны, поэтому для разных стран он будет различным.

Разрешенные препараты относятся к легким АД, не вызывают привыкания и обладают минимальным количеством побочных эффектов. Недостаток у них один, но существенный — они бесполезны при тяжелых формах депрессивных расстройств. Такие лекарства справятся с плохим настроением, усталостью, но не помогут при эндогенной депрессии.

Легкое расстройство психики можно лечить с помощью следующих разрешенных препаратов:

  • Ново-пассита;
  • Прозака;
  • Деприма;
  • Зибана;
  • лекарств на основе экстрактов растений (зверобоя, валерианы и т. д.).

Запрещенные к свободной продаже медикаменты способны нанести вред здоровью человека, а следовательно, они должны назначаться только при необходимости. Такие антидепрессанты выписываются врачом и могут быть куплены в аптеке только при предъявлении рецептурного бланка.

Сильную депрессию лечат:

  • Амитриптилином;
  • Имипрамином;
  • Анафранилом;
  • Мапротилином;
  • другими аналогичными препаратами.

Список разрешенных и запрещенных к свободной продаже лекарств периодически корректируется.

Источник: https://med88.ru/antidepressanty/kto-vypisyvaet/

Шесть историй пациентов на антидепрессантах

Какой врач может выписать антидепрессанты

The Village продолжает неделю «Злая Москва». В течение пяти дней мы рассказываем об агрессии, ненависти и тоске в городе. Этот материал — о том, что депрессия и агрессия — частые спутницы. Мы выяснили у психолога, психиатра и людей, принимавших антидепрессанты, как преодолеть недуг и стать спокойным, уравновешенным человеком.

Илья Плужников

доцент кафедры нейро- и патопсихологии МГУ

Агрессия и депрессия, конечно, связаны. В ряде случаев депрессия сопровождается агрессией, обычно когда пациент — юноша 16–20 лет. У пациентов юношеского возраста мы часто наблюдаем депрессии, протекающие без депрессивной симптоматики — тоски, слёз, скованности.

Их симптоматика характеризуется раздражительностью, гневливостью, брюзжанием на фоне мрачного настроения. Такие же депрессии наблюдаются в рамках заболеваний головного мозга — черепно-мозговых травм, эпилепсии и других.

Больные гневливы, склонны к взрывчатости и агрессивным поступкам. 

Страдающие депрессией люди, даже если не проявляют агрессивного поведения, всё равно показывают повышение показателей агрессивности по сравнению с нормативными значениями. Мы регистрируем это, когда проводим тесты, опросники. Вы понимаете, что умеренная агрессия — это биологическая норма. Совсем неагрессивный человек — неадаптивен, не может противостоять вызовам среды. 

Высокий уровень агрессивности часто предшествует возникновению депрессии. Согласно психоанализу, открытое проявление агрессии табуируется обществом и оно может трансформироваться в чувство вины, в аутоагрессию. При высокой интенсивности депрессии это может привести к суицидальным мыслям.

Важно понимать: депрессия — это заболевание, оно не существует само по себе и обычно проявляется в рамках других болезней. Мы отмечаем, что пациенты с психопатией и с органическими повреждениями мозга более склонны к агрессивным проявлениям, чем больные шизофренией и люди с биполярным расстройством.

Когда человек приходит за помощью к психологу, важно адекватно оценить его состояние. Если человек не верит в психотерапию, медитацию, молитву, фитнес, а принимает только фармакологию, можно направить его к психиатру, который назначит лёгкие препараты в умеренных дозах.

Лёгкие депрессии могут быть курабельны таким способом.

денис иванов

врач-психиатр

Люди попадают к психиатру по собственной воле, когда плохо себя чувствуют, или по направлению из психоневрологического диспансера или больницы. К психиатру может направить практически любой врач: невролог, терапевт, кардиолог.

Зачастую депрессии проявляются массой факторов — болями в сердце, потливостью, тревожностью.

Если очевидных нарушений в работе внутренних органов нет, проблема может быть психологической, её должен решать психотерапевт или психиатр, он проводит диагностику и назначает лечение. 

Клинический эффект лечения антидепрессантами доказан давно и многократно, все статьи и передачи о вреде препаратов, о том, что врачи специально подсаживают на них пациентов, — ненаучны. Выбор антидепрессантов крайне велик и очень широк.

Есть трициклические препараты, классические и самые мощные, они были изобретены первыми. У них больше всего побочных эффектов. Есть препараты группы СИОЗС, они помягче, и побочных эффектов у них поменьше.

Нужно сказать, что побочными эффектами обладает практически любое лекарство, именно поэтому важно принимать препараты под наблюдением врача после тщательного обследования. 

Все антидепрессанты фабричного производства. Препараты делятся на оригиналы — когда фармкомпания сама разрабатывает формулу и занимается выпуском лекарства — и дженерики — когда компания покупает готовую формулу.

Конечно, лучше покупать препарат, который производит та фирма, которая его изобрела и первая начала производить. Это часто дороже, но эффективнее. По нынешнему законодательству врач не имеет права выписывать рецепт на конкретный препарат, в рецепте всегда обозначается активное вещество.

Но он может дать вам перечень лекарств, содержащих это вещество. Найти информацию, какой из этих препаратов является оригиналом, сейчас не сложно.

История первая

Я начал пить антидепрессанты, потому что мне было плохо. Настолько плохо, что стандартные советы вроде «возьми себя в руки» или «займись чем-нибудь приятным» не помогали.

Я расстался с девушкой, которой посвятил три года, ****** [потерял] свою любимую работу, пытаясь заниматься собственным проектом, который почил в бозе. Думаю, это были причины моей депрессии.

Я решил искать помощи у медицины.

Психиатр выписал мне СИОЗС [селективные ингибиторы обратного захвата серотонина] сразу после ингибиторов МАО [моноаминоксидазы], что вообще по всем гайдлайнам не рекомендуется. В итоге у меня были рандомные эмоции, в основном негативного спектра.

Что это значит? Ну, вот представьте себе, что перед приходом в столовую на обед вы волнуетесь как перед вступительным экзаменом. Кроме того, я зачем-то тупил и не пил прописанные транки [транквилизаторы], потому что мне казалось, что я должен сам через всё пройти, а не читерить.

И боялся привыкания (иррационально боялся, за те две недели курса привыкания бы не возникло).

Эти две недели я вообще мог только приходить на работу, сидеть тупить и уходить домой. Средняя продуктивность — 10 % от моей обычной. Другое дело, что без препаратов я бы даже до работы не дошёл. Больше всего мне помогало рациональное самоубеждение в том, что лекарства мне обязаны помочь и надо просто потерпеть.

Через две с половиной недели стало действительно существенно легче. Потом мне с переменным успехом лучшало в течение последующих месяцев. То есть иногда снова становилось нехорошо, но ненадолго, и это было не так напряжно.

Окружающие ничего не заметили. Близкие ознакомились с базовым курсом психиатрии, а я — с продвинутым.

Теперь я сам могу диагностировать депрессию и охреневаю от того, какое количество людей с ней живёт и не знает/не хочет лечиться.

История вторая

В первый раз мне выписали антидепрессанты после того, как в самолёте Москва — Анталия у меня отказали мышцы правой стороны лица и левая рука. Этому предшествовало два года отношений с мудаком, который чудовищно истрепал мне нервы и подавил всякую волю к высказыванию собственного мнения (ну в этом я, конечно, сама виновата).

Последним гвоздём в крышке моего гроба стало то, что, прилетев в Анталию, выяснилось, что документы мамы не в порядке и нас депортируют обратно в Москву.

Мама тут же поспешила упасть в обморок и дистанцироваться от решения проблем, поэтому я сначала заполнила все документы — о том, что претензий у меня ни к кому нет и я по доброй воле лечу обратно, а потом в самолёте просто обмякла и поплыла.  

Врач с удивлением обнаружил, что 23-летние дети могут иметь парез лицевого нерва от стресса, и вручила мне волшебные таблетки, от которых меня, наконец, отпустило. Лицо с рукой заработали, было спокойно и хорошо, дурной мужчина был послан, а жизнь наладилась.

Потом случился второй раз. У меня почти год держалась температура, но ничего не болело. Я побывала у всех врачей, всё было в норме, и терапевт посоветовал искать причину в стрессе на работе.

Работа у меня действительно была новая, связанная с макроэкономикой, которой я раньше не занималась, и всё давалось мне без привычной лёгкости. К тому же я работала из дома, не общалась с людьми, это для меня было не очень комфортно.

Мне выписали антидепрессанты, я принимала их несколько месяцев, но эффекта не последовало. Спала я и так хорошо, работу сменила, но температура так и не прошла, но вряд ли тут есть вина антидепрессантов.

История третья

Пару лет назад у меня начался какой-то самосаботаж: резко упала мотивация, концентрация внимания, стало сложно выполнять интеллектуальную работу, я начала теряться и залипать на простейших заданиях, испытывать постоянную тревогу, неудовлетворённость и желание спрятаться от всего мира под одеяло.

Было ощущение, что любое движение — как бег в воде: медленно, трудно, а главное, бесполезно. У меня тогда был объективно непростой период в жизни, но со временем стало понятно, что это не обычная ситуативная тоска, а какой-то глубокий внутренний сдвиг.

И попытки взять себя в руки/сменить обстановку/найти новое вдохновение не сработают.

Изредка возникали просветы хорошего самочувствия или даже короткие периоды беспричинной эйфории, но от этого было ещё хуже — стоило только начать верить, что всё снова в порядке, как вскоре мрак сгущался по новой.

Какое-то время мне удавалось скрывать своё состояние на работе и не сильно терять в эффективности, но со временем ситуация начала выходить из-под контроля. Возникали вспышки отчаяния — один раз я даже попыталась порезать вены. И я пошла в клинику — к психотерапевту и психиатру.

Мне поставили «биполярное расстройство», и в числе прочих лекарств прописали антидепрессант. Параллельно я должна была ходить на психотерапию, но осилила лишь несколько занятий.

Вначале я почувствовала некоторый прилив сил, что скорее можно объяснить самовнушением — у антидепрессантов накопительный эффект и улучшения должны проявляться не сразу. Это ощущение довольно быстро прошло — и дальше я не чувствовала ни побочных эффектов, ни заметного прогресса.

Загвоздка в том, что довольно сложно оценить действие препаратов, потому что ты не знаешь, насколько прогрессирует болезнь и как бы всё происходило без них. Даже с лекарствами мне было мучительно сложно делать хоть что-то конструктивное, но, возможно, без них я окончательно перешла бы в диванный режим.

Во всяком случае, за тот год, что я их принимала, меня хотя бы не уволили (но тут я обязана и терпению работодателей), я не вышла в окно и даже умудрилась завязать новые отношения.

Не особо надеясь на препараты, я начала укреплять здоровье в целом: настроила режим дня, начала заниматься спортом, изменила питание (сократила количество быстрых углеводов).

После года такой борьбы произошло интересное: мне резко (буквально за несколько дней) стало лучше, и я вернулась в нормальное состояние.

Возможно, сработал тот самый накопительный эффект или произошла неожиданная ремиссия (так бывает с моим диагнозом). А возможно, мне помог ЗОЖ. С тех пор я больше года живу без антидепрессантов и по большей части хорошо себя чувствую.

Бывают дни, когда мне кажется, что всё началось снова, но пока это оказывается ложной тревогой.

История четвёртая 

Моя история такая. В 19 лет я пережила сильный стресс, после чего перестала есть. Вообще. Организм не принимал никакую еду, даже воду в себя влить было сложно.

Это никак не было связано ни с анорексией, ни с моим внешним видом. Просто реакция на ситуацию. А была я в тот момент в другой стране, без родителей, без права съездить домой (из-за визы).

Через две недели, когда уже не было сил выйти из дома, пришлось решать вопрос с помощью сильного препарата.

Врач прописал мне антипсихотический препарат. Очень сильная вещь. Помню, приняла его, тут же вырубилась на два часа и проснулась с ЖУТКИМ голодом.

Могу честно сказать, что тогда этот препарат меня спас. Я стала очень спокойным и даже, как мне казалось, счастливым человеком. Всё, что болело и мучило, будто аккуратно вырезали.

Интересовали в основном сон и еда. Такое счастливое овощное существование.

Сходить с этого препарата нужно было очень аккуратно. Сначала нужно было перейти на более лёгкий. Потом, под контролем психотерапевта, уйти от таблеток совсем. 

История пятая

Мой путь к антидепрессантам был тернистым: несколько лет назад внезапно умер мой самый близкий человек, и я поняла, что не справляюсь с горем. Пошла на психотерапию (хотя до этого считала подобные явления шарлатанством и уделом самовлюблённых снобов), а мой психотерапевт посоветовал сходить ещё и к психиатру.

Психиатр поставила диагноз «клиническая депрессия» и прописала мощные антидепрессанты. Помню, что они дорого стоили и их нужно было заказывать в аптеке отдельно — их ждали несколько дней и продавали, разумеется, только по рецепту. Психиатр сказала, что курс в моём случае должен занять не меньше полугода. Кстати, при приёме антидепрессантов нельзя употреблять алкоголь.

Договорились созваниваться раз в месяц и обсуждать моё состояние.

Состояние изменилось — помню, что в первое время после начала приёма я могла проспать двадцать часов подряд. Где-то через месяц заметила, что реагировать на всё стала гораздо более спокойно.

Потом начались чудовищные проблемы с кожей лица, которые, очевидно, были вызваны именно приёмом антидепрессантов. Ещё через три месяца я вдруг начала понимать, что не чувствую себя собой — вместо радости или грусти я испытывала их жалкое подобие.

Эмоциональный диапазон у меня был как у зубочистки.

Я подумала ещё немного и осознала, что такая жизнь — не для меня, и решила бросить пить таблетки, не посоветовавшись об этом с психиатром. Это, конечно, безответственно, но я представила, что она начнёт меня отговаривать, а жить под антидепрессантами стало совсем невыносимо. Я продержалась на них около пяти месяцев и больше возвращаться в такие условия не планирую.

История шестая

Пять лет назад я впервые ясно ощутила все синдромы затяжной тоски: бессонницу, потерю аппетита и интереса ко всему, что происходит вокруг. Пара сеансов с психотерапевтом закончились рецептом на антидепрессанты.

Я начала их принимать, но единственной переменой в жизни стало появление коротких вспышек хорошего настроения и нормализация сна. При любой попытке снижения дозы все первоначальные симптомы возвращались.

Жалоб на побочные эффекты, впрочем, не было.

Спустя три месяца я отказалась от услуг врача и приёма таблеток и решила справиться сама. Оборвала все связи с дураками, через силу начала гулять, ездить в небольшие путешествия и практиковать все остальные атрибуты счастливой жизни.

Пару месяцев спустя время и политика принуждения к счастью сделали своё дело — казавшаяся беспробудной хандра всё-таки сошла на нет.

С тех пор последовательное устранение всех внешних раздражителей мне кажется куда более эффективной мерой, чем приём специальных препаратов.

Фотографии: surrealisticSoother, ken_mayer, proimos, nathancongleton, hamedmasoumi, anton bogomolov, danielpaixao

Источник: https://www.the-village.ru/village/city/situation/164995-antidepressanty-zlaya-msk

Лечение без ответа: кому не помогут антидепрессанты

Какой врач может выписать антидепрессанты

Сегодня о депрессии слышал практически каждый — частота жалоб на депрессивные симптомы растет год за годом. При этом, однако, далеко не все понимают, что на самом деле скрывается за этим диагнозом, а также боятся принимать антидепрессанты, считая их едва ли не наркотическими препаратами.

«Люди стали обращаться с жалобами на депрессию чаще, но я не думаю, что это потому, что депрессий стало больше, — рассказал «Газете.Ru» врач-психотерапевт Павел Бесчастнов. — У людей повышается психологическая грамотность, информированность. Современные антидепрессанты более легки в применении — у них меньше побочных эффектов, их легче начать принимать».

Депрессия известна еще с античных времен — ее под названием «меланхолия» подробно описывал Гиппократ.

Он выделил и основные симптомы: уныние, бессонница, раздражительность, беспокойство, иногда — отвращение к пище.

Причиной болезни Гиппократ, правда, считал избыток в организме «черной желчи» и лечить ее предлагал специальной диетой и настоем трав со слабительным и рвотным эффектом, чтобы вывести лишнюю желчь из организма.

Упоминания о депрессивных состояниях встречаются даже в древнеегипетских папирусах — там, правда, рекомендуется лечить ее изгнанием из больного демонов.

Более поздние способы лечения депрессии тоже не отличались особой эффективностью. В Средневековье депрессию лечили молитвами, воздержанием от определенных продуктов, «умеренностью» в половой жизни. В эпоху Возрождения депрессия стала считаться болезнью аристократов, и лечение было соответствующим — солнечные ванны, вино, театральные представления.

Позже подходы стали более радикальными — больных раскручивали в центрифугах, поливали холодной водой и даже заражали чесоткой и вшами в качестве внешнего раздражителя. В XIX веке популярными «медикаментами» стали рвотный винный камень, белена, камфорный раствор в винной кислоте. Позже к ним добавился кокаин — им, впрочем, с подачи Зигмунда Фрейда пытались лечить множество недугов.

Основной фактор риска развития депрессии — тяжелые переживания как в детстве, так и во взрослом возрасте. Эпизоды насилия, смерть близких, значительные перемены к худшему — все это может спровоцировать депрессивный эпизод. Но примерно в трети случаев депрессия возникает без заметных потрясений извне. В первом случае депрессию называют реактивной, во втором — эндогенной.

Также депрессия может возникать на фоне алкоголизма, приема наркотиков, ряда лекарств или быть следствием заболеваний, затрагивающих мозг (болезнь Альцгеймера, черепно-мозговые травмы, атеросклероз артерий головного мозга и т. п.).

Депрессия отличается от обычного плохого настроения своей длительностью и влиянием на привычный образ жизни.

«Самые простые вещи требовали колоссальных усилий. Помню, я расплакался оттого, что у меня в ванной смылился кусок мыла. Я плакал оттого, что на клавиатуре компьютера на секунду запала клавиша. Все было для меня убийственно трудным.

Например, желание взять телефонную трубку требовало усилий, сопоставимых с необходимостью отжать двухсоткилограммовую штангу лежа», — описывал свое состояние во время болезни американский писатель Эндрю Соломон в книге «Демон полуденный.

Анатомия депрессии».

«Если состояние мешает обычной повседневной жизни, сказывается на принятых решениях, работе, в общем, выходит за пределы привычной нормы — следует обратиться к врачу, — говорит Бесчастнов. — Второй критерий — непрерывность, постоянство.

Если плохое настроение не проходит от двух недель и более — это уже не просто плохое настроение. Потому что в норме, какой бы ни была хандра, она не может длиться непрерывно.

Когда человеку паршиво день за днем — это уже патологическое состояние».

Рецидивирующее или хроническое течение депрессии выявляется как минимум у 20% больных. Затяжное течение либо частые рецидивы депрессивных приступов, разделенных неполными ремиссиями, могут в конечном итоге привести к полной инвалидности.

Самым трагический исход депрессии — самоубийство. Суицидальные попытки предпринимают 30-70% больных, страдающих депрессиями (каждый седьмой больной совершает такую попытку), а частота завершенных суицидов составляет 15%. Юные пациенты с депрессией предпринимают попытки суицида чаще, чем взрослые.

Из совершаемых ежегодно 10-20 миллионов попыток самоубийства (миллион из которых оказываются успешными) до 50% приходится на больных, страдающих депрессией.

За счет совместного влияния факторов суицидального риска и повышенной уязвимости к другим болезням (гипертоническая болезнь, эндокринные, дерматологические и др. заболевания) депрессия сокращает продолжительность жизни на 10 лет.

Теорий, объясняющих механизм возникновения депрессии, существует несколько. Согласно наиболее популярной из них, депрессия возникает как следствие сбоя в механизме обмена нейромедиаторов, веществ, которые отвечают за передачу сигналов между нейронами.

При депрессии серотонин, норадреналин, дофамин и другие нейромедиаторы не поступают в синапсы в достаточном количестве. Это приводит к апатии, унынию, беспокойству, социальным фобиям.

У разных пациентов баланс нейромедиаторов оказывается разным, поэтому и депрессия имеет свой «оттенок» у каждого из них.

Основной проблемой считается нехватка серотонина, поэтому на повышение его концентрации в синапсах направлено большинство современных антидепрессантов (впрочем, многие влияют и на концентрацию других нейромедиаторов).

Первые антидепрессанты появились еще в 1950-х годах в США. Это произошло случайно, во время испытания новых противотуберкулезных препаратов. Оказалось, что они не только эффективно борются с туберкулезом, но и способствуют повышению настроения и приливу сил у пациентов. В 1960-х годах антидепрессанты появились и в СССР.

Ранние антидепрессанты обладали многими побочными эффектами, от расстройств сна и судорог до поражения печени и даже инфарктов, а также помогали небольшому числу больных. По мере развития психиатрии и более углубленного понимания механизмов депрессии возникали более безопасные и эффективные препараты.

Наиболее современные антидепрессанты — это селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС). Они блокируют обратный захват серотонина выделяющими его нейронами, что приводит к увеличению его количества в синаптической щели. Среди распространенных побочных эффектов СИОЗС — тошнота, беспокойство, снижение полового влечения.

«Побочные эффекты в современных препаратах, как правило, терпимые. Примерно в 40% случаев получается так, что есть неприятные эффекты, но чтобы улучшить свое состояние, пациент готов потерпеть.

Процентах в 10-15% эффекты бывают такими, что пациент отказывается от препарата и нужно подыскивать ему другой. Несмотря на обилие препаратов, при подборе бывают сложности.

Также бывают резистентные депрессии, которые просто не поддаются лечению», — рассказывает Бесчастнов.

Сейчас врачи более охотно выписывают антидепрессанты, чем лет 20 назад — они вошли в широкую практику.

Вопреки популярному мнению, антидепрессанты — это не «таблетки счастья», повышающие настроение и дающие прилив сил. Их задача — выровнять нарушенный баланс нейромедиаторов в мозге. На человека, не страдающего депрессией, они не окажут никакого воздействия. Пациенту с депрессией они помогут избавиться от тоски, вялости и раздражительности, повысят психическую активность.

Также существуют препараты, влияющие на захват норадреналина, дофамина или сразу нескольких нейромедиаторов. Не все из них переносятся так же хорошо, как СИОЗС, поэтому редко становятся препаратами первого выбора.

Вокруг антидепрессантов ведется много споров об их эффективности. Некоторые работы и даже мета-анализы показывают, что они работают ненамного лучше, чем плацебо, и могут быть рекомендованы разве что в самых тяжелых случаях.

В частности, в 2017 году датские ученые опубликовали мета-анализ 131 исследования, в ходе которого пришли к выводу, что возможный небольшой положительный эффект СИОЗС перевешивается серьезными побочными эффектами.

Ответом на это стал куда более обширный мета-анализ, включивший в себя 522 двойных слепых рандомизированных исследования, в которых сравнивалась эффективность 21 антидепрессанта с плацебо и друг с другом в лечении клинической депрессии. В том числе использовались и неопубликованные в журналах данные, имеющиеся в распоряжении фармкомпаний.

Каждый из препаратов продемонстрировал эффективность выше, чем плацебо, на 15–55%.

Самыми эффективными оказались агомелатин, амитриптилин, эсциталопрам, миртазапин, пароксетин, наименее эффективными — флуоксетин, флувоксамин, ребоксетин, тразодон.

Исследователи, впрочем, напоминают, что эффективность того или иного препарата может различаться от пациента к пациенту — на это влияет тяжесть состояния, пол, возраст и другие особенности. В анализе же рассматривались средние значения. Кроме того, в работе исследовался двухмесячный период приема антидепрессантов, в то время как в реальности их порой принимают годами.

«Это все-таки работает. По этому поводу в профессиональном обществе есть консенсус.

Действительно, есть исследования, которые показывают, что антидепрессанты бывают бесполезны, но против них существует огромный корпус работ, подтверждающих эффективность.

Тут нужно рассматривать каждое исследование отдельно — дизайн эксперимента, насколько корректно были поставлены вопросы, как были обследованы испытуемые, — отмечает Бесчастнов. — Исходя из моего опыта, антидепрессанты несомненно эффективны.

Это не панацея, но в определенных ситуациях они помогают. За двадцать лет работы я назначал их тысячи раз и неоднократно видел результаты, как и все мои коллеги».

Одна из проблем СИОЗС в том, что на терапию не отвечает до трети пациентов. Причины этого пока неясны, но ученые из Института биологических исследований Солка полагают, что дело может быть в строении серотонинергических нейронов.

К таким выводам они пришли, взяв образцы кожи у 800 пациентов с депрессивными расстройствами, перепрограммировав их в плюрипотентные стволовые клетки и вырастив из них серотонинергические нейроны.

Участники исследования в разной степени отвечали на терапию СИОЗС, и исследователи обнаружили корреляцию между строением нейронов и эффективностью препаратов.

Также исследователи выявили гены, обуславливающие особенности строения нейронов. Они рассчитывают, что в перспективе это позволит подбирать наиболее подходящие препараты для больных депрессией, а также выяснить причину невосприимчивости нейронов к СИОЗС.

Британские специалисты жалуются, что психиатры не предупреждают больных о синдроме отмены при отказе от препаратов — те принимают его симптомы за новый депрессивный эпизод и снова возвращаются к лекарствам.

Считается, что синдром отмены выражен слабо и проходит в течение недели, но опыт пациентов показывает, что это не так — тошнота, приступы тревоги, бессонница, «вспышки» в голове, похожие на удары током, и другие неприятные ощущения могут преследовать их довольно долго.

Эксперты призывают Национальный институт здоровья и клинического совершенствования (NICE) Министерства здравоохранения Великобритании пересмотреть клинические рекомендации и привести их в соответствие с реальным положением вещей, а врачей обязать информировать пациентов о возможных симптомах, чтобы те не пугались их появления.

Симптомы и их выраженность при синдроме отмены весьма индивидуальны.

Впрочем, чем дольше продолжается прием препарата, тем выше вероятность с ними столкнуться.

Чтобы облегчить состояние, необходимо отказываться от препарата постепенно, снижая его дозировку на четверть или на треть в течение нескольких недель.

При назначении антидепрессанта требуется от двух недель до месяца, чтобы он начал действовать — примерно столько же времени уходит и на то, чтобы с него «слезть». При усилении синдрома отмены следует снижать дозировку еще медленнее.

Облегчить процесс отказа от антидепрессантов может психотерапия.

Наиболее эффективна когнитивно-поведенческая терапия, позволяющая выработать новые модели поведения в ответ на внешние факторы.

Также в период отказа от антидепрессантов рекомендуется больше времени уделять физической активности, правильному питанию, хобби. Дневник настроения позволит отследить свое состояние, вовремя заметить, если оно ухудшится, и обратиться за помощью.

Источник: https://www.gazeta.ru/science/2019/07/14_a_12499075.shtml

Антидепрессанты и с чем их едят. Как я лечил депрессию у дорогого психиатра

Какой врач может выписать антидепрессанты

(По мотивам этого треда. Названия препаратов убираю, они все равно рецептурные и для самолечения категорически не подходят. Если кому-то очень уж любопытно, посмотрите первоисточник, ссылка, как всегда, в конце поста)

Все началось с того, что однажды утром в феврале 2015 года я не смог встать с кровати. То есть я встал, но ног как бы не было, и я упал.

Ощущение отсутствия ног мне знакомо с детства. Лет до семи я был жутким аллергиком, и мне прописывали как сильное антигистаминное димедрол — по какой-то крошечной четвертиночке.

Таблетки от меня не прятали, полагаясь на мою сознательность (я читал толстые взрослые книги).

Но мне так надоело болеть, что я, рассудив, что чем больше таблеток приму, тем быстрее выздоровею, как-то раз съел все четвертинки, которые были в пачке, всего около двух таблеток димедрола. И уснул в кресле, поджав под себя ноги. Когда я проснулся, их как бы не было.

Психосоматика, догадался Штирлиц. Вот это чувство, что ног нет, и намекнуло мне, что пора к врачу — к какому, пока еще было не очень понятно.

О депрессии сейчас написано немало дельного, и радует, что вроде бы уходит представление об этом биохимическом расстройстве как о «плохом настроении», когда «грустно», «не хочется ничего делать» и можно только «сидеть у окна и смотреть на осенние листья». Делать что-либо осмысленное действительно становится западло.

Мой случай, как потом мне объяснил психиатр, был сравнительно простым и безопасным. Даже если и появились бы серьезные суицидальные намерения, воплощать их все равно было бы западло.

Осенью 2014-го я стал тупеть — интеллектуально, эмоционально, нравственно. Постепенно отваливались способы получения удовольствия от работы, общения, творчества.

Мне не было тяжело или плохо, мне было никак. Я одинаково безучастно, как видеорегистратор, наблюдал и за играющими на детской площадке детьми, и за примеряющими в торговом центре классные туфли красивыми девушками, и за просящими милостыню опухшими бомжами.

Наконец, хоть какую-то обманчивую химическую реакцию, легонький дофаминовый приход перестал из меня выжимать и алкоголь.

Просто вечером нужно было как-то отключиться до завтра; можно было в целях экономии просить соседей, например, каждый вечер вырубать меня ударом по голове — но ведь это усилие, авантюра, общение. Мне было западло.

Цепочка «работа — магазин — кровать» еще работала по инерции. Пока тем утром я не упал по причине «отсутствия» ног. В итоге мне помогли коллеги, заметив, что я иногда «зависаю» и не реагирую на обращенные ко мне вопросы.

По очень большому блату я попал к очень крутому психиатру. По этическим соображениям я не стану называть его имя и место работы.

Прием у него, наверное, стоил дорого, а меня он лечил бесплатно — повторюсь, по очень большому блату.

(Уже после курса лечения я однажды чуть не нарушил врачебную тайну со своей стороны: работая корреспондентом на мероприятии, посвященном профилактике наркомании, я увидел этого психиатра среди экспертов и радостно зашептал коллегам: «А это мой врач!» Коллеги ничего не поняли, но на всякий случай отодвинулись.)

Я приехал к психиатру в его офис. Психиатр выглядел, как идеальный чеховский врач — ему не хватало лишь золотого пенсне и какого-нибудь барашкового воротника. Ничего особенного не происходило.

Он мягко попросил меня рассказывать, в чем дело, и стал рассматривать меня. Этот взгляд я помню хорошо: внимательный, но не сверлящий, прямо в глаза, но в то же время ненавязчивый; взгляд как бы внутрь меня.

Как я понял позже, он не столько слышал, сколько видел меня.

Мой рассказ был унылым и невнятным, как заготовка статьи в Википедии. Дослушав, врач предложил мне «на недельку» лечь в психоневрологический диспансер.

И я испугался, что сейчас зайдут санитары со смирительной рубашкой.

— А что у меня?

— Депрессия.

— Об этом я догадывался. А какая именно? И отчего?

— Это сложный вопрос. Я могу ответить на него чуть подробнее, если понаблюдаю вас какое-то время.

Врач говорил просто и мягко и выглядел ну очень по-чеховски. Ему не хватало, например, часов на цепочке и какой-нибудь мерлушковой шапки.

— Я не хочу в диспансер. Дома мне будет лучше.

— Как скажете, — так же мягко и просто ответил врач. Санитаров с галоперидолом по-прежнему не было. — Вы когда-нибудь пробовали психотерапию?

Я рассказал ему, что недавно по совету знакомых побывал у другого врача («…психотерапевта», мягко поправил собеседник), которая посоветовала мне «разделить» свою личность «на облачка» и описать, что чувствует и чего хочет каждое облачко.

Мой чеховский врач по-доброму рассмеялся:

— Да, это они умеют… А вы, простите, занимаетесь каким-нибудь творчеством? Может быть, что-то пишете?

— А вы с какой целью интересуетесь?

— Ну по вам многое видно. Вы могли вместо описаний своих симптомов рассказать, например, о любимых блюдах или творческих замыслах. Я же не очень слушаю, что вы говорите. Я смотрю, как вы говорите.

Как сидите, двигаетесь, смотрите — моторика, темп речи, зрачки, жестикуляция. У вас, скорее всего, эндогенная депрессия. Вы, как человек пишущий, будете пытаться мне соврать, и это может замедлить наше лечение. Врать мне бесполезно.

Разговаривать с вами бессмысленно. Поэтому давайте просто лечиться.

(«…голубчик», хотелось мне добавить за врача, пока он писал рецепты. Ох, как ему не хватало жилета и колокольчика для вызова прислуги. Или санитаров, — по-прежнему боялся я.)

— Приедете ко мне послезавтра. Если почувствуете что-то не то, звоните.

Итак, [препарат №1] — популярный сегодня антидепрессант, селективный ингибитор обратного захвата серотонина. Стимулятор (утром).

Действие: незаметное, и, раз уж мне так полюбилось это слово, мягкое. В первую неделю не чувствуешь примерно ничего.

Затем постепенно возвращаются забытые из-за депрессии ощущения: цвета становятся ярче, импрессионистичнее, звуки — объемнее, музыка заходит вообще любая, офигенные гармонии слышишь даже на радио «Шансон».

Оживают здоровые и неполиткорректные рефлексы: опухший и обоссаный гражданин на вокзале вызывает страх и отвращение, симпатичные женщины — сексуальное влечение.

Побочка: оно, влечение, возрастает дичайше, и об этом чуть позже.

Растет двигательная активность — но совсем не так, как у матери главного героя в фильме, прости господи, «Реквием по мечте». Никто не скрипит зубами и не отдраивает в сотый раз квартиру. От холодильника не убегаешь, а наоборот, все чаще преследуешь его.

Хочется не спеша делать руками что-нибудь приятное и успокаивающее, например готовить, — и тут появляются отличные условия для развития следующей побочки. Дичайше пробивает на жор, о чем в первую очередь предупреждал врач, сопровождая прогноз классической врачебной оговоркой — «все индивидуально».

Моя индивидуальность выразилась в сильной тяге к сладкому, а именно к мороженому и конкретно — к пломбиру в вафельных стаканчиках.

Почему? Наука пока не в состоянии дать ответ, но тут нелишним будет заметить, что одним из аргументов за легализацию «легких наркотиков» является то, что среди них есть те самые антидепрессанты — растительного происхождения.

С конца февраля по начало мая, пока я принимал {препарат №1], я сожрал этого мороженого столько, что и сейчас не могу на него смотреть. Друзья, с которыми я тогда снимал квартиру, открывали туго набитый стаканчиками морозильник, и на них вываливались мои запасы.

Друзья знали о моем лечении, но беспокоились, не много ли столько сахара в одно лицо, но я объяснил им, что Так Надо. В конце концов, они были рады, что я выхожу из состояния, которое раньше толком и описать не мог.

Что характерно, я почти не располнел — скоро мне захотелось физкультуры, и я никогда не бегал и не висел на турнике во дворе с таким наслаждением, как тогда.

Источник: https://pikabu.ru/story/antidepressantyi_i_s_chem_ikh_edyat_kak_ya_lechil_depressiyu_u_dorogogo_psikhiatra_5686200

Кто выписывает антидепрессанты: какой врач лечит, назначает, к кому обращаться взрослым с депрессией?

Какой врач может выписать антидепрессанты

› Депрессия ›

Важность лечения депрессии подчеркивается следующими цифрами: до 50% пациентов серьезные задумываются о самоубийстве во время депрессивного эпизода, 25% совершают попытки самоубийства, некоторые из которых успешные.

Сегодня психиатрия использует ряд методов для лечения расстройства: антидепрессанты, электросудорожную терапию, психотерапию.

Но кто выписывает антидепрессанты, другие препараты? К какому врачу обратиться за помощью?

Определяем вид депрессии

Деление расстройства:

  1. Эндогенная. Эта болезнь — результат неуравновешенной химической среды в мозге. Это «настоящая» депрессия, лечащаяся антидепрессантами.
  2. Реактивная. Причина этого состояния — травмирующие события в среде человека (накопленные переживания, потеря любимого человека, большие перемены). В мыслях он часто возвращается к кризисному событию, не справляется с ним. В лечении применяется психотерапия, корректировки образа жизни.
  3. Симптоматическая. Это состояние, выглядящее как депрессия, но являющееся результатом другой проблемы (отравления, эпилепсии, опухоли, деменции). К какому врачу обращаться при депрессии этого типа? К специалисту общей практики. Состояние требует лечения первопричины.
  4. Маскированная. Расстройство проявляется только на физическом уровне (проблемы с пищеварением, боль в спине, головокружение). Эти симптомы не имеют биологической основы, т. к. причина кроется в психике.
  5. Сезонная. Болезнь проявляется подавлением настроения, как правило, в осенние месяцы (также может возникать весной). Состояние лечится фототерапией. Следовательно, ответ на вопрос, кто лечит депрессию, простой — врач-физиотерапевт.
  6. Послеродовая. Чаще всего расстройство возникает на 2–3 день после родов. Новоиспеченную маму переполняют беспокойство, путаница, сомнения. «Настоящая» послеродовая депрессия возникает от 2 недель до 6 месяцев после родов. Это серьезное состояние, сопровождающееся беспокойством, грустью, усталостью, неспособностью заботиться о себе, ребенке. Редко возникает психотическое состояние матери (наличие бредовых мыслей, галлюцинаций). Это расстройство требует госпитализации, т. к. в крайних случаях жизнь мамы и ребенка находятся под угрозой. Важно знать, какой врач лечит депрессию у беременных. При легких формах бывает достаточно консультации психолога. Но чаще требуется помощь психотерапевта или психиатра.
  7. Климактерическая. Этот тип болезни имеет гормональную основу, возникает у женщин во время менопаузы (климакса). Основное лечение расстройства — гормональное замещение. Психотерапия также эффективна, поскольку, кроме биологического фактора, роль играют психологические, социальные обстоятельства.

При каких симптомах нужно обращаться к врачу?

Несмотря на успехи в лечении расстройства, растущую доступность психиатрической помощи, осведомленности врачей общей практики, многие люди остаются без помощи. Причина — отсутствие специфических проявлений. Депрессия может долго не распознаваться, не считаться заболеванием.

Это индивидуальна болезнь с вариабельной клинической картиной. Отдельные типы расстройства имеют другие симптомы. О депрессии идет речь при их сохранении не менее 2 недель.

Больной человек может объяснять усталость ленью, снижение работоспособности — проявлением неспособности, нарушение внимания — временным ступором, чрезмерное раскаяние считать оправданным. Он начинает воспринимать себя плохим, некомпетентным, неполноценным, но не больным человеком, нуждающимся в помощи, лечении.

Поэтому независимо от того, какой врач лечит депрессию у взрослых, важна роль близких людей. Часто это первые люди, распознающие наличие проблем у человека.

Они имеют преимущества перед психиатрами: осведомленность о состоянии здоровья больного, знание его поведения, привычек, интересов, темперамента. Видимые изменения в этих характеристиках могут сигнализировать о расстройстве.

Но подтолкнуть человека к обращению за помощью бывает нелегко…

Без осознания проявлений болезни больной не знает, к кому обращаться с депрессией.

Люди иногда обращаются к врачу (но не к психиатру) из-за ряда сопровождающих симптомов, считая эти проявления последствием физического состояния (бессонница, потеря аппетита, похудение, усталость).

Если физическое заболевание, объясняющее эти проблемы, отсутствует, надо подумать о депрессии. Иногда ее единственный симптом — длительное плохое настроение.

О депрессивном состоянии можно говорить при наблюдении следующих признаков:

  • пессимизм;
  • негативное настроение;
  • грусть;
  • низкая самооценка;
  • потеря уважения к себе;
  • потеря смысла жизни;
  • чувство одиночества;
  • абулия (потеря интереса, неспособность испытывать радость, повышенная утомляемость);
  • беспокойство;
  • суицидальные мысли (60–80% пациентов).

Кроме плохого настроения, характерны также негативные формы мышления, биологические симптомы (нарушения сна, внезапное похудение и т. д.).

К кому идти с депрессией за помощью?

Первый способ — обращение к семейному врачу. Большинство из них ознакомлены с проблемой депрессии, способны лечить легкие формы расстройства. Это делается с помощью лекарств, но также ряда физических упражнений, методов релаксации. Альтернативная медицина рекомендует йогу, медитации:

При серьезных проявлениях желательно посетить психолога или психиатра. Если человек желает решить проблемы анонимно, можно связаться со специалистом по телефону доверия, обратиться в кризисный центр.

Лечение депрессии в клинике

После обращения к врачу (семейному, психологу, психиатру) следует самолечение. Обычно оно проводится в психиатрической клинике, реже в амбулаторных условиях. Тяжелая форма болезни иногда требует госпитализации. Причины госпитализации следующие:

  • серьезная депрессия, угрожающая здоровью, жизнь пациента (ограниченное потребление пищи, жидкости, самоповреждение, мысли о самоубийстве, попытки самоубийства);
  • сопровождение депрессии тяжелой физической болезнью;
  • присутствие психотических симптомов (галлюцинаций, бреда);
  • отсутствие улучшения при амбулаторном лечении.

Какой врач специализируется на депрессии?

Есть много подходов к депрессии, ее лечению. Некоторые специалисты предпочитают естественные решения в рамках социальных отношений, в которых живет больной человек, другие подчеркивают необходимость профессиональной помощи, медикаментозного лечения.

Какой врач может выписать антидепрессанты? На это имеет право не только психиатр. Один из специалистов, кто назначает антидепрессанты, — врач общей практики, хотя это иногда критикуется психиатрами.

Если антидепрессанты неэффективны или имеет место очень серьезная форма депрессии, назначаются антипсихотические препараты или электросудорожная терапия.

Но тот, кто может выписать антидепрессанты, не всегда принимает решение о применении этих методов. Они относятся к компетенции только психиатра.

Антидепрессанты часто имеют неопределенный эффект, возникающий после длительного периода времени. Первоначально при их применении могут преобладать неблагоприятные побочные эффекты.

Поэтому одновременно с ними назначаются бензодиазепины (какой врач выписывает антидепрессанты, тот рекомендует и эту группу препаратов).

Их действие подобно алкогольным эффектам — быстрое кратковременное облегчение, но также сонливость, риск зависимости.

Кто из врачей выписывает антидепрессанты?

Узнав, кто прописывает антидепрессанты, не спешите обращаться за рецептом к врачу общей практики. Лучше для этого посетить психиатра. Почему?

Сегодня доступен ряд лекарств этой группы с отличающимся механизмом действия. Они влияют на количество нейрональных переносчиков (серотонина, норадреналина, дофамина) в определенных областях мозга.

Нет четких доказательств большей эффективности одних препаратов в сравнении с другими. Но между ними существуют различия в побочных эффектах. В целом антидепрессанты безопасные, не вызывающие привыкания лекарства.

Но определить, какой препарат наиболее подойдет для конкретного пациента, нелегко.

Поэтому врач выбирает лекарство, безопасное для человека (из-за его физического состояния, приема других лекарств, возраста), хорошо им переносимое (одни побочные эффекты встречаются часто, другие редко, но обычно их возникновение индивидуально), подходящее при конкретных симптомах депрессии (беспокойство, бессонница, потеря аппетита, усталость).

ВАЖНО! Статья информационного характера! Перед применением необходимо проконсультироваться со специалистом.

Какой врач выписывает антидепрессанты, к кому обращаться при необходимости? Ссылка на основную публикацию

Источник: https://ProPanika.ru/depressiya/kakoj-vrach-vypisyvaet-antidepressanty-k-komu-obrashhatsya-pri-neobhodimosti/

ВашПсихолог
Добавить комментарий